Юлия Гайдыдей (odojdi) wrote,
Юлия Гайдыдей
odojdi

Categories:

Малосвязные философские записки на тему истины, религии и как оно теперь вообще

В голове роится сотня мыслей (и не одна), в сердце рвёт астрал сотня чувств (и тоже не одна), у меня подготовка к двум экзаменам и работа, а я сижу и пишу пост в жж.

Трудно. Всю неделю сильно изо всех щелей сквозит христианство. Постоянные флешбеки, постоянно попадаются какие-то штуки, которые заставляют скучать. Но только не по христианству как по стилю мысли и духовному пути, а по христианству как по стилю быта, как месту, где уютно, где красиво, где много больших умных людей, и можно расслабиться, не думать и не работать самой: всё сделают за тебя.
Сегодня мельком увидела по телевизору новостной сюжет, где показывали обрывок обряда венчания. До этого — сюжеты про католических священников, болеющих за какой-то там футбол. Ещё до этого пообщалась с одной своей очень давней знакомой, проронившей фразу "Мне в православии уютно".
Вашу мать, конечно, в православии уютно! А ещё там красиво, а ещё там богатейшая апологетика, вкуснейшие обряды, культура, традиции, христианство — это вообще бэк, идеология полутора веков истории, сейчас почти ВСЁ несёт в себе частицу христианства.

Сказать, что меня тянет назад… нет. Я смутно тоскую по тому, как мне было тогда хорошо. Но сейчас так уже не будет, и я это знаю. Фарш невозможно провернуть назад, обратно к маме в живот не забраться.
И это так грустно(
Меня как-то особенно сильно именно сейчас накрывает тоской, что "так больше не будет".
И, чёрт возьми, как это мотивирует жить каждую секунду — ведь так тоже больше никогда не будет!
Но пока получается не всегда и не очень)

Ходила на неделе в Сретенский. Так вышло. Я собиралась за чётками в "Железный Феникс", а он оказался только с полудня. Ну меня и привело в привычное местечко.
Зашла, пообщалась. Никакого неприятия, "выталкивания". Странно было бы ожидать такого, конечно, но всё же.
В старом храме, который я очень люблю, в котором прошли самые прекрасные литургии моего христианства, было тепло и спокойно. Рядом чувствовалось присутствие Сигюн. Я уже один раз заходила в храм, позвав её с собой, обратившись к ней. И она была рядом. В каком-то смысле, защищая. Не от Христа, пожалуй, но от христианского эгрегора, от которого вполне могло прилететь.
Потом я сходила в новый храм, который, оказывается, открыли. Храм большой, ооочень красивый, просто очень, в традициях, и в то же время со всевозможными новациями. Всё-таки Сретенский монастырь прекрасен.
Правда, посвящён храм не только воскресению, но и собору новомучеников. А вот к новомученикам я отношусь сложно весьма. У меня был дикий период, длиной два года, когда в 11 классе я топила за веру, царя и отечество, обмирала от образа царя Николая II, пела песни про белых офицеров и слушала Жанну Бичевскую. От всего этого был прок, потому что там же, где я скачивала песни Жанны Бичевской, нашёлся архив с лекциями Кураева. Которые вернули мне панель управления мозгом.
Но с тех пор новомученики, как и святые XIX века, со мной не очень рифмуются. Это не моя сказка. Моей оказалось Средневековье, с Франческо, Яном Непомуцким и Сергием Радонежским. Вот Сергий, по ощущениям возле иконы, был мне рад. Но я чувствовала странный взгляд в спину и, обернувшись, увидела Серафима Саровского. Вот уж кто рад мне не был. Впрочем, с ним у меня точно так же не было взаимопонимания, как с Матроной Московской, например. Простая духовность в стиле "я много знаю, поэтому могу верить как бретонский крестьянин. Если бы я знал ещё больше, верил бы как бретонская крестьянка" (с)Луи Пастер — никогда не была моей сильной стороной.

Короче, храм очень красивый, хотя пока довольно пустой энергетически, ненамоленный же пока.
Побродила, постояла в центре под главным куполом, попробовала почувствовать энергетику. Такое ощущение, что с меня посмывало защиты, и так странно установленные.
Но в целом, никакой враждебности эгрегора. То ли меня пока настолько легко затянуть обратно, что не воспринимают, как что-то пришлое, то ли я тупо пока всё ещё частично там. "Заходи, мол, по-свойски".
Не то чтобы меня это бесило или заставляло как-то яро рвать. Яро рвать с прошлым вообще не мой метод, потому что очень многое можно лишнее отрезать. Но осознание, что тот Бог, с которым я общалась более десяти лет, — это один из богов, и остальные не демоны, а тоже вообще-то боги, — не развидеть.

Можно всё упростить. Совсем упростить. "Есть Христос, и есть всё остальное. Если ты перестаёшь верить в Христа и Евангелие, то твоя душа автоматически во тьме, ты автоматически уже пал и тебе уготован ад". Не православный подход, да, но тоже точка зрения. /забавно рассуждать о вселенских масштабах, попивая манговый йогурт и треская ротфронтовские батончики/ Так вот, о чём бишь я. А, да. В этом случае мы получаем, что неважно, кто что думает, если этот кто думает это что за пределами христианства. Есть сияющая истина и есть темнейшая ложь. Градаций нет.
Мой опыт, психологическое образование и здравый смысл говорят в один голос, что подобная позиция очень свойственна человеку подросткового возраста, но вообще мир сложнее. Увы. Или ура. Для меня скорее ура всё-таки.
Даже дважды два четыре только условно. Даже программа не может быть просто работающей или не работающей, тестеры подтвердят. Впрочем, я ухожу в демагогию, дискуссию с внутренним оппонентом и исключительно ментальный план.

Жизнь сложнее, шире и богаче ментального плана. Смерть, кстати, тоже.
Поэтому позиция "есть истина, и она у нас, а у остальных ложь" перестала в меня вмещаться в 2010 году. Тогда во мне боролись установка Евангелия о любви к ближнему и установка христианства, озвученная в предыдущем предложении. Принимая другого человека, целиком и полностью, я принимаю его право на собственный выбор. Принимая другого человека, целиком и полностью, я принимаю его выбор не-моей точки зрения. И это автоматически исключает позицию правда-ложь. Потому что правда и ложь являются оценочными суждениями. И если я оцениваю нечто, как ложь, это значит, что я не принимаю это.
Люби грешника, ненавидь грех, — проповедует христианство.
Ненавидь грех.
Что это значит? Что есть грех, с православной точки зрения? Грех, от греческого ἁμάρτημα, ἁμαρτία есть "промах". Грех есть отсутствие любви, замена её чем-то другим, что любовью не является. Ненавидь грех — отказывайся совершать действие, не являющееся любовью.
Кто есть грешник, с православной точки зрения? Грешник — это человек, выбирающий совершать действия, не являющиеся любовью. Например, я. Если Бог есть Любовь, а непоклонение Богу есть действие, любовью не являющееся, то язычество — это грех, а язычник — грешник. Дальше мысли разбегаются, потому что "Хэй, наш Бог есть любовь, говорили, проливая кровь, нам безбожники крестового похода" (с) — это уже классика, но сейчас не об этом. Как я уже выяснила, мир сложнее.
Итак, берём меня как пример. Люби грешника, ненавидь грех. Люби того, кто делает выбор, но не принимай его выбор? Ой и многое же из этого следует. Люби того, кто делает выбор, но если этот выбор греховный, то сам не выбирай так же? Но если я принимаю человека, то я принимаю его с самим его выбором и последствиями его выбора. И даже если я действую по-своему, я принимаю возможность действовать иначе. И это автоматически исключает позицию "абсолютная истина-абсолютная ложь", поскольку истина становится относительной. И грех — тоже становится относительным. Грех — это то, что для меня сейчас не является поступком любви.

Но погодите. Христианство тоже даёт определение, что есть грех, а что не грех. И, конечно, что такое любовь.
Вспоминаем канон: "Бог есть любовь"(1Иоан 4:16), "Я есмь Путь, и Истина, и Жизнь" (Ин 14:6). Дальше, если покопаться в посланиях Павла, наверняка можно откопать что-нибудь про непринадлежность к Цекрви как непричастность к Богу, но мне откровенно лень. Если кто-то найдёт, буду признательна. Но и так ясно: Церковь очень быстро отождествила себя с Богом, а значит, с Истиной и Жизнью. Это логично, это вполне в традиции любой традиции: земная структура так или иначе наделяется свойствами того смысла, который она вмещает. Иначе нафига она вообще.
Поэтому жизнь - в Церкви, истина - в Церкви. И путь только в Церкви. И любовь тоже.
Так, стоп. Любовь может быть только в границах Церкви?
Эмм. Ноуп.

Это тот момент, с которого всё и начинается. Если любить могут только христиане, то это бред, и каждый из нас это знает на эмпирическом опыте. Речь не о гормонах, речь о природной сути человека. Ну нет, ну не бывает так, что христиане знают, что такое любовь, а остальные — нет. Это чушь, и этот факт не требует доказательств. А если кому-то требует, я подскажу адрес.
После того, как все любители доказательства очевидного пойдут по адресу, можно говорить о градациях: высшая степень любви, наиболее объемлющие её проявления доступны только христианам, например.
Да, так больше похоже на правду. С учётом того, что христианство вообще про "верхи", про ценностный уровень, и если строить параллели с моей любимой системой семи чакр, то это сердечная и коронная, как мне чувствуется (тут можно ещё думать) — да, христианству свойственно открывать офигенные пространства любви, принятия, света.
Но если мы принимаем постулат, что христианам доступны "высшие уровни любви", то в любом случае другие-то уровни открыты и не только христианам. А поскольку ставится знак равенства между Любовью, Жизнью и, внимание, Истиной, то это значит, что истина, как и любовь, доступна не только христианам. И жизнь - тоже.

Для меня всегда было довольно очевидно, что истина существует. Истина — это то, как оно всё на самом деле, во всей его бесконечности вариантов с точки зрения самого внешнего из всех возможных и невозможных наблюдателей. Но и постулат "истины не существует" в какой-то момент стал очень важным, потому что и это тоже истина. Я обожаю как концепт теорию относительности, теорию корпускулярно-волнового дуализма и вот эти все такие милые теории, которые взрывают мозг, и это их главное предназначение, по-моему. Они учат тому, что мир не только сложнее, но ещё и проще. И что нужно не только усложнять, но и упрощать.

И можно написать ещё три раза по столько же, сколько я уже написала за эти три часа, но по факту каждый из нас руководствуется не длинными рассуждениями, а простым выбором: мне это нравится, а это нет. Сначала это определяется жизненными травмами, полученными в детстве и наслоенными позже, — и искорёженной волей. Чем дольше прорабатываешь и лечишь свои травмы, тем сильнее контакт с собственной глубинной свободной волей. Начинаешь различать, чего хотят (очень аргументированно) травмы, а чего хочешь — просто так, без аргументов, — ты сам.

В этот момент личным, относительно себя, грехом становится поступать так, как не нравится, потому что именно это становится поступком нелюбви, нежизни. И рождает нелюбовь, и ведёт к нежизни.
Любовью же и истиной становится тот самый пресловутый поток. Когда тебе нравится, и ты делаешь так. И это ведёт к ещё большей любви, и истине, и жизни. И жизни с избытком.

Умение честно опираться на этот принцип во всём, пожалуй, сейчас является для меня главной целью и ценностью. Абсолютная истина локализована до одного мгновения, и может измениться на ровно противоположную (и любую другую) в следующий миг, просто потому что "нравится" сменилось "не нравится". Чтобы принять это, нужно мужество. Чтобы реализовать — силы. Но стрелка этого компаса обладает прекрасным свойством. Дело в том, что она всегда ведёт к глубинной личной сути
и к счастью.

А тем, кто долистал до этого момента, фотографий и гифок как бонус. Мои новые сандаловые чётки о 108 бусинах из "Железного феникса", Сретенский монастырь летним утром и всякие движущиеся штуки.
Мир прекрасен. Вообще так.













E46775C4-77C3-4031-8E70-E835C5015EC1.jpeg







Tags: iphonephoto, religing, боги в моей жизни, заметки, кухонное богословие, фото
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 61 comments