April 11th, 2017

christian

Тема Смерти

Вчера утром, едучи на работу, много думала о смерти.
И думала я о ней вот в каком контексте.

Мне известны концепции, согласно которым смерть - это часть цикла жизни-смерти-жизни. Это порядок вещей, это естественно, без этого никак не бывает, нельзя. Эта концепция сейчас набирает обороты и популярность, но я не знала, в какой момент она появилась.
Мне известна концепция, принятая в большей части христианства, согласно которой смерть - это единственный и главный враг человечества, и Христос победил смерть.
Но я поняла, что не знаю, как относились к смерти в древности, задолго до Христа. "Интересно было бы узнать", - подумала я опрометчиво.

Вечером одна моя почти случайная знакомая присылает видео лекции историка-египтолога Виктора Солкина с дивным названием "Смерть и бессмертие в Древнем Египте".

Занавес.

Кстати, там, на 40+ минуте совсем любопытное. Помните окрашенные кровью притолоки, Ангела, убивающего всех не-еврейских первенцев?
Ну вот, если убрать историю про младенцев, заменив её на "убить все нечистоты", получим обряд Древнего Египта.

Как же мало на самом деле я знаю о той культуре, внутри которой рождалась Библия. Чем больше узнаёшь, тем всё это получается богаче и красивее.


christian

Тема Смерти-2

Продолжаю слушать лекцию про восприятие смерти в Древнем Египте.

Если сейчас начинать заниматься дотошным анализом и записыванием всех приходящих мыслей, никакого времени не хватит. Поэтому кратко.
Много слышала, насколько скептически египтологи относятся к новизне Нового Завета. Мол, за много столетий до Христа возник миф об Осирисе, который благодаря своей жене Исиде и сыну Гору победил смерть. За подробным мифом (не в изложении для детей) - в видео из предыдущего поста.
Сходств действительно много. И там, и там говорится о смерти и воскресении. И там, и там ценится воскресение в теле. И там, и там очень много про любовь (Осирису помогла воскреснуть любовь жены и сына). И много ещё разных деталей, живущих в человеческом сознании.

Главное отличие мифов, как это видится мне.
Осирис погиб от руки своего брата, это была насильственная смерть, причинённая одним богом другому.
Иисус, вочеловечившийся Бог, пошёл на смерть добровольно - для исполнения, воссоединения, во оставление грехов человеческих. Вариант прочтения: для того, чтобы восстановить цикл Жизни-Смерти-Жизни не только в сознании, не только как "так должно быть", но и в действительности. Подлежит обдумыванию.

В целом, миф об Осирисе очень архетипический, очень насыщен символами, очень красив и многопланов, как любой миф.
История из Евангелия исключительно лаконичная, очень приземлённая и практически без символики. Читая Евангелие в тех самых последних главах, мы не найдём ни одной притчи. Все притчи (про зерно, например, которое падает в землю и умирает) сильно раньше. Это именно притчи.
А потом начинается суровая реальность. И в этой реальности холодный ночной ветер, от которого мёрзнет Пётр, в этой реальности бледнеет Мария, в этой реальности треск костров и крики римских солдат.
Это уже не реальность мифа. Не область метафор.
Это та самая сфера, когда на всех уровнях всё сотворено, когда миф уже есть, сознание уже готово - остался уровень физический. Осирисом тут не обойтись.

И Он идёт на распятие. Сам.

__________________________________________________________

Великий Понедельник 2011
Великий Понедельник 2012 (Christians only)
Великий Понедельник 2014
Великий понедельник 2015
christian

Великий вторник

Солнце клонилось к горизонту. Белый мрамор ступеней дворца римского наместника холодил взгляд.

Мужчина повёл затекшими плечами и пошевелил пальцами. Праздники в этом городе — самое тяжкое время. При прошлом наместнике было спокойнее. Этот слишком рьяный.
Поглядел по сторонам. Нет, всё тихо. Бродят местные, и пусть себе бродят. После буйства, устроенного третьего дня, сегодня совсем спокойно. Мужчине вспомнилось, как его вместе с другими римскими солдатами собирались отправить разгонять собравшуюся толпу. Кричащие о царе – это при живом Императоре! Самоубийцы.
Но шум стих. Похоже, народ обознался. Мужчине рассказывал его приятель, бывший в той части города, как толпа, дойдя до Храма, потопталась на площади, чего-то ожидая. Сперва было пение. Потом отдельные возгласы. Постепенно всё стихло, и слышались только крики в самом Храме – но это не были крики о царях. Народ стал расходиться. Сначала убежали пугливые, следом за ними заскучавшие... постепенно не осталось ни одного, кто бы напоминал о процессии, так напугавшей начальника стражи. Только пальмовые ветви разбросаны по дорогам.
Они и до сих пор много где лежат.

Мимо, со стороны Храмовой площади, проковыляла вдова. Она грустно вздыхала, но на лице было какое-то странное выражение. Солдату, встретившемуся с ней глазами, показалось, будто увидел отражённый гладкой поверхностью шлема солнечный зайчик. Он озадаченно потёр запястьем лоб. Потом тряхнул головой и отвернулся.
Ночь уже скоро. Темнеет быстро, вот солнце коснётся горизонта – и в мгновение потухнет небо. Правда, до той поры ещё часа два. Солдат переступил с ноги на ногу. Звякнули пластины брони. Здесь тоскливо и вязко. Далёкий прекрасный Рим, центр мира от предела до вечности, родина и дом. Солдату было бессмысленно и душно. Хотя он, конечно, привык и был благодарен за имеющееся богам и Императору.
Шум на соседней улице. Хорошо, что не здесь.
Из-за угла выскользнула тонкая женская фигурка. В руках женщина сжимала сосуд, судя по виду, дорогой. Солдат сощурился. Одета дорого, но скромно. Нет, вряд ли блудница. Или?..
Но она проскользнула мимо, потупившись, и свернула к южным воротам.

Римский солдат зевнул.

Тишина этого никак не заканчивающегося вечера летела следом за спешащей в Вифанию Марией.


Великий Вторник 2011.
Великий Вторник 2015