Юлия Гайдыдей (odojdi) wrote,
Юлия Гайдыдей
odojdi

Category:

Почему не спастись в обход Церкви, или О Таинстве причастия

Ты то, что ты ешь.
приписано Гиппократу


Когда при мне говорят фразу: "Бог в душе, а не в храме", - у меня начинается аллергическая реакция в форме почёсывания рук. Руки чешутся объяснить, что слова эти хотя и красивые, но, к сожалению, в корне неверные.
Одно дело, когда про Бога в душе говорят неправославные. Совсем другое - когда ты исповедуешь Христа Господом, и при этом считаешь, что храм - это чтобы куличи освятить.
Очень часто вижу прихожан, которые приходят постоять. Послушать, как поёт хор, приложиться к иконам, поставить свечку. Но они не подходят к исповеди - и не идут к причастию. И знаете, если бы жизнь в Церкви ограничивалась этим, можно было бы со всей уверенностью соглашаться со скептиками: храмы не нужны. Потому что помолиться Богу можно где угодно.

Только вот храмы нужны не для этого.

А нужны наши храмы для самого главного таинства, которое есть в христианстве: таинства Евхаристии.
Евхаристия происходит от греческого "благодарение". И впервые в истории она происходит накануне ареста Иисуса.

И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов. (Мф 26:26-28)

Тайная вечеря, воспоминание которой ожидает нас в грядущий четверг, послужила началом всех литургий истории.
В наше время литургия (в переводе с греческого "Общее дело") - это долгая утренняя служба, которая от начала до конца понятна только тому, кто специально вникал и изучал вопрос. Но прежде чем прийти к пониманию современного богослужения и его необходимости, а также той странной и замысловатой формы, в которую облечено Таинство причастия, хорошо бы обратиться к истории.

В первые века христианства литургия совершалась совсем не так, как сейчас.
С I по V века Таинство Евхаристии совершалось во время вечерней трапезы, называемой агапа (греч. ἀγάπη, любовь).
Верные - то есть, крещёные христиане, приходили на, выражаясь понятными словами, совместный ужин и, после молитвы (которую можно почитать в Дидахэ), преломляли хлеб и пили вино. После чего агапа переходила в обычный ужин.
Происходило это ежевечерне. Причём в таком формате, что довало апостолу Павлу полновесный повод укорить христиан того времени:
Далее, вы собираетесь, так, что это не значит вкушать вечерю Господню; ибо всякий поспешает прежде других есть свою пищу, так что иной бывает голоден, а иной упивается. Разве у вас нет домов на то, чтобы есть и пить? (1 Кор 11:20-22)
…собираясь на вечерю, друг друга ждите. А если кто голоден, пусть ест дома, чтобы собираться вам не на осуждение. (1Кор. 11:33–34)
Фактически, литургия первых христиан была просто совместной трапезой. Но, конечно же, не просто. И апостол Павел продолжает:
Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет. (1 Кор 11:26)

И настолько важно было понимать, что причастие - это Таинство, это важно, это не просто еда, что в конце концов агапа начала отделяться от евхаристии. Ведь как ни предупреждали апостолы христиан - когда толпа радостных людей собирается за столом на ужин, о благочестии вспомнить сложно. Особенно если на столе вино. Особенно если после причащения - много вина. Поэтому уже с середины II века Евхаристия стала совершаться отдельно, обычай устраивать совместные трапезы после причащения начал потихоньку отмирать, а окончательно исчезли агапы в V веке. На смену им пришла новая традиция - уже сформировавшейся за 3 века, практически классической литургии.

Зачем я рассказала эту предысторию? Чтобы мы с вами понимали, как Тайная вечеря, совместный ужин Иисуса и апостолов, превратилась в сложное богослужение в конце которого священник с ложечки даёт прихожанину маленькую частицу Тела и Крови Христовой. Согласитесь, куда понятнее было бы, если бы вместо служб у христиан по-прежнему устраивались бы совместные ужины. Меньше логических шагов от того далёкого Страстного Четверга. Более похоже, более, кажется, "аутентично".
Здесь нужно отдать должное нашей Церкви.
Знаете, за что я люблю православие? Оно безбашенное. Это нелогично? Это не похоже на правду? Ну и что? Если плоды этого - святость, значит, так и будет. В православии люди не полагаются на свой разум. Они полностью доверяются Богу, и из этого получается оймамочкичтоэто иногда очень интересное. Так родились современные традиции. И именно потому, что эти традиции дали миру сонмы святых, мы не отказываемся от них. Как бы ни казался современный обряд Евхаристии далёк от древней агапы, он прекрасен и благодатен.

Но почему вообще кто-то решил, что Евхаристия так уж необходима? Неужели Бог не может спасти человека, если человек не ходит на службы и не причащается? Бог ведь всесильный! И если человек хороший, Бог найдёт пути для его спасения...
Перво-наперво хочется вспомнить слова святого Феофана Затворника: "Не знаю спасутся ли католики, но если я стану католиком, я не спасусь". Не важно, кого Бог как может спасти. Если ты называешь себя православным, будь честен перед самим собой - и будь последователен. Есть традиции Церкви. Но если этого мало (а мне этого всегда как-то мало было), есть Евангелие, зафиксировавшее слова самого Иисуса. И вот, что Он говорил:

Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня имеет жизнь вечную. Я есмь хлеб жизни. Отцы ваши ели манну в пустыне и умерли; хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет. Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира. (Ин 6:47-51)
Апостол Иоанн, всегда бывший очень внимательным к таинственным словам Иисуса, задолго до Тайной вечери зафиксировал Его заповедь о причастии. Иисус, будучи ещё на проповеди, открыто говорил иудеям о том, что необходимо не просто веровать в Бога, но быть с Ним одним целым.

Тогда Иудеи стали спорить между собою, говоря: как Он может дать нам есть Плоть Свою? Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. (Ин 6:52-53)
А вот и заповедь о том, что Евхаристия, таинство причастия, является обязательной.
Но дело тут не в угрозах или ультиматумах. Это простая констатация факта: Я есмь путь, и истина, и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня (Ин 14:6) - так говорит Иисус на Тайной вечере. Он есть жизнь. А посему если не будем причащаться Его крови и плоти, то как будем иметь её в себе?

Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем. Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною. (Ин 6:54-57)
Господь есть источник вечной жизни. Ни в ком из нас нет этого неиссякаемого источника. И чтобы причаститься вечности, нужно стать причастником Бога.

А это, друзья мои, возможно только в Церкви.
Причём далеко не в любой. Не мне рассуждать об истинности таинства в католической или, скажем, англиканской церквях. Но многие христианские церкви (например, баптисты) открыто заявляют: Евхаристия не является таинством. Это всего лишь воспоминание. Да, благоговейное, да, священное - но это не Божественные Тело и Кровь, а просто хлеб и вино, такие же, как тогда, в Страстной четверг.
Но в чём тогда смысл такой литургии? - так и рвётся спросить каждый православный. Ведь в самом центре, в самом сердце православия - таинство причастия. Весь богослужебный круг, все остальные таинства, все молитвы ведут к одному: литургическому общению, Евхаристии.

Именно в ней одной происходит невероятное чудо. Человек становится причастен Господу, Творцу и Создателю. На какое-то время, пока человеческое не взяло верх, мы становимся не просто ближе к Богу. Он становится нашей частью. Освещает нас. Почитайте благодарственные молитвы по святом причащении.
Пройди во уды моя, во вся составы, во утробу, в сердце. Попали терние всех моих прегрешений. Душу очисти, освяти помышления. Составы утверди с костьми вкупе. Чувств просвети простую пятерицу.
Измени меня, Господи. Пока Ты здесь, пока я ещё не успел натворить такого, от чего Ты просто не сможешь остаться во мне - измени меня. Сделай меня лучше, исправь то, что можно исправить. Перемени ход моих мыслей, переведи стрелки, пусть я хоть в чём-то стану лучше, хоть где-то найду силы принять правильное решение вместо лёгкого и сотворить добро вместо того, что обычно. Освежи моё восприятие, помоги посмотреть на мир незамыленными глазами, увидеть Твоё и радоваться всему - во славу Твою.
А ещё - просто побудь со мной. Хотя бы этот короткий срок, пока я не успел выгнать Тебя своими грехами. И помоги мне побыть рядом с Тобой. Потому что как ещё можно быть с Тобой мне, грешному? Только так. Только тогда, когда Ты Сам сходишь с небес - ко мне.

Литургия - это всегда общее дело. В православии даже не принято служить, если кроме священника нет причастников.
Но вот Евхаристия - это глубинное событие каждой отдельной души. Это личная встреча души с Богом. Когда ты приходишь в храм. Готовый к этой встрече. Открытый Богу и Его заповедям. И приступаешь к причастию.
И вот только после всего этого - да.
Бог у тебя в душе.


Вот и Страстной понедельник.
Тишина, прозрачность и, пока едва заметная, - жуть.
Tags: Neděle, mia scrittura, religing
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments