Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

me_rror

(no subject)

Друзья, я действительно здесь практически не пишу. Объявлять журнал закрытым не имею намерения, потому что а вдруг.
Нет, я никуда не "переехала". Иногда появляюсь на фейсбуке. Публикую фотографии в инстаграме. Отвечаю на сообщения в контакте и в почте gaydydey(at)gmail.com. Но это не альтернатива и не замена Живому Журналу.

Этот журнал появился в 2009 году, когда я переехала из предыдущего аккаунта на волне переосмысления своей позиции в мире, жизни и 42.
С тех пор прошла тысяча жизней, и в одной из них — текущей — я не нахожу причин писать здесь. Как повернётся планета в грядущие годы, не зарекаюсь.
Себе дороже зарекаться-то.


Всем моё с кисточкой.
Помните: реальность способна на большее.


Photo by Greg Rakozy on Unsplash
coffee-default

Опрос о странном

Ребята, кто в Москве и особенно кто мистичит в любой из религий.
Вчера с вами и вокруг вас не происходило ли чего-нибудь неординарного, нетипичного? Предположительно ближе к вечеру, хотя не обязательно.

coffee-winter

Исполнение прошлогодней мечты

Год назад я самозабвенно мечтала о том, чтобы закопаться в тексты и курсы образовательного центра «Обитель», накупить трав, наделать натуральной косметики и в целом заняться собой. Но год назад мне было тотально некогда, не до этого и вообще.
В этом году я планировала свободное время января-февраля ещё с ноября! Запрещала себе записываться на разные курсы, напоминала, что не надо занимать ничем свой единственный выходной.
Ииии – успех!
Нет, я не закопалась по уши, я всего лишь приобрела перед Новым годом по скидке полугодовой доступ к курсу по натур. уходу, а ещё пополнила запасы трав, пока больше для заваривания, чем для косметики. Но – забавная история! – внутри это уже ощущается успехом и тем, чего хотелось. Для меня это немного о том, что (адекватному, не доведённому до отчаяния) внутреннему ребёнку не нужны алмазные подвески. Когда он чего-то хочет, он может хотеть самый минимум, просто услышь его!

Желаю нам с вами мира, согласия и радости с внутренними детьми.
А травы, кстати, совершенно прекрасные. Татар-чай с розой вообще сногсшибателен.
welcome

Своя миссия

У каждого.
У каждого из нас своя миссия.
Это не про то, чтобы спасать галактики, растить детей или гусиным пером вписывать своё имя в историю. Не только про это.
Это про каждое конкретное действие, которое делается человеком в каждый отдельно взятый абсолютно непрерывно текущий момент времени.

Дарья Кутузова писала чём-то очень рифмующемся около года назад. Тогда это вызвало во мне бурю протеста. Это что же, получается недостаточно просто найти своё призвание и спокойно ему следовать? Это что же, мне ПОСТОЯННО придётся быть живой, подвижной, переменчивой, слушать себя и мир?

Ну да. Жизнь же.

Но мне хочется в последнее время расширить просторы своего собственного восприятия личной миссии каждого.
Понимаете, когда бомж на Ярославском вокзале кроет матом прохожих, он тоже исполняет свою миссию.
Когда мать лупит ребёнка, она тоже исполняет свою миссию.
Когда преподаватель не принял мальчика Адольфа в художественную школу, он тоже выполнял свою собственную миссию.

Это ужасно, это болезненно, это "ведёт к психологическим искажениям", это "да ведь теперь человек никогда не будет нормальным".
Но.
У каждого своя миссия. Я, изнутри себя, не знаю и не догадываюсь о причинах и последствиях жизни другого человека. С чем он пришёл в этот мир? С чем он жил до этого момента? Какие события сделали его таким?

Мы мыслим оценочными категориями. Справился-не справился. Проявил волю-дал слабину. Даже гармонично-не гармонично и то становится оценочным, хотя вроде бы словечко призвано дать альтернативу дуальности хорошо/плохо.

Так вот, я подозреваю, что "не гармонично", "не справился", "дал слабину" - это всё может быть "хорошо". И ЛЮБОЕ наше решение и действие приведёт к "хэппи-энду". Грубо говоря, оказаться в аду будет не меньшим хэппи-эндом, чем оказаться в раю.
Потому что ни о том, ни о другом мы не имеем понятия, это настолько же за гранью, насколько пред-воплощение и по-смертие.

У каждого своя миссия.
Хорошо и плохо - это категории Вселенной времени, пространства и материи. За гранью этих координат и хорошо, и плохо - всего лишь полюса, между которыми вращаются по ленте Мёбиуса частицы.
Поэтому сделал ты в жизни мало и плохо - ты жил и выполнил свою миссию.
Сделал ты много и хорошо - ты жил и выполнил свою миссию.

Работник одиннадцатого часа получит столько же, сколько работник третьего.
Тут, конечно, возникает вопрос: "Почему?" На который хочется ответить не иначе как: "А вам жалко? А почему?"
И даже если жалко - это тоже часть личной миссии, миссии быть.

Сколько бы мы ни сделали, мы делаем это собой и в соответствии со своей миссией. Стремимся вверх, падаем вниз, выбираем правильно, делаем ошибки, худеем, толстеем, осуждаем, осуждаем осуждающих, смиряемся, гордимся, боремся, опускаем руки, теряем надежду, летаем от счастья...

За гранью рассыпаются не только количественные, но и качественные категории. Остаётся то сияющее, которое здесь иногда называют Самостью.
И Бог.
Вернее, в другом порядке)

И потому здесь, во времени, материи и пространстве, у каждого своя миссия.
Это даёт очень много надежды и свободы.
Хотя и это, в сущности, не важно ;)

Живём!


christian

Вербное

Его дом выходил окнами на улицу, заполненную лавочниками, увитую под крыши виноградом и гомонящую до самой темноты. Он отползал в дальний угол своей комнаты, но всё равно слышал гул, крики, споры, непрекращающиеся разговоры праздничной недели.
А ведь она только начинается.
Мужчина знал, что закрывать уши бессмысленно. Придётся выходить наружу и сливаться с празднующими. Времени не важно, что у тебя происходит. Время идёт по своему пути, и ты подстраиваешься под него. Не наоборот.
Золотилось небо. Солнце медленно начинало клониться к закату, окрашивая город в жёлтые цвета драгоценного металла. Иерусалим становился сверкающей драгоценностью — и вершиной его был купол Храма.
Мужчина спустился во двор, вышел на торговую улицу и направился к Храму.
На одном из перекрёстков на него накинулся ветер, сбив на лицо прядь умасленных волос. Ветер донёс до него пение. Где-то совсем рядом звучали возгласы:
- Осанна!
- Осанна!
- Осанна Сыну Давидову!
Он замер. Остановился, прислушался. Мимо пробежала стайка детей с пальмовыми ветвями в руках. Мужчина проследил за ними взглядом. Коснулся кошелька на поясе. И почему-то пошёл в другую сторону.

Дороги полнились пришедшими в город на праздник. У каждой лавочки толпились с кошелями. Пестрели покрывала, плыл запах сырого мяса и свежих лепёшек, торговцы вином бранились, набивая цену. Он шёл по дорожкам Вечного Иерусалима, и ему мерещилось, словно издали доносятся обрывки пения.
- О!..
- Санна..
- Анна..
- О..
- са..
- На-о…
Мотнув головой, он стряхнул наваждение.
Ещё несколько поворотов — и вот он, красота, гордость, достояние Иерусалима. Великий Храм.
Мужчина жил здесь, он проходил мимо Храма много, часто, он привык к соседству с Великим домом Бога.
Сегодня здесь было особенно многолюдно даже для первого дня праздника. Взрослые и дети, колыхание пальмовых ветвей в руках, напряжённые взгляды, устремлённые туда, внутри…
Вылетев из Храма, по ступеням кубырем скатился тощий парень. Он вскочил, разъярённо топорщась, и хотел броситься назад, но следом за ним вылетел столик и посыпались по камням монеты. Парень схватился за голову и ринулся их подбирать.
Расширенными глазами мужчина слушал нарастающий грохот, доносившийся из Храма. Взметнулись в небо голуби, садясь на крыши соседних домов. С диким блеянием выплеснулись на крыльцо ягнята. Народ, собравшийся у входа в Храм, толпился и нервничал.
Мужчина подошёл ближе. Осторожно поднялся по широким каменным ступеням к входу. Сквозь спины и головы ему померещился Свет. Мужчина моргнул, и Свет исчез. Внутри была суета и крики, мелькали чёрные одежды фарисеев. Кто-то из детей, стоявших на крыльце рядом со своими родителями, крикнул:
- Осанна!
И тут женщина, которая держала ребёнка за руку, шикнула не него. Мужчина с удивлением поднял брови и уловил её напряжённый взгляд. Он плохо понимал, что здесь происходит. И не был уверен, что хотел понимать.
Мимо промчался упитанный торговец, которого мужчина неплохо знал, и потому не особо жаловал.
- Что случилось?
- Этому миру скоро придёт конец! Где это видано, чтобы нас выгоняли оттуда, где мы нужнее всего?
Торговец зло сверкнул глазами и унёсся, придерживая кошель на поясе.
Мужчина задумчиво проводил его взглядом. Затем повернулся к входу в Храм и, отодвинув плечом застывшую женщину в голубом покрывале, вошёл внутрь.


2015: Вербное
2014: Вербное. Золотой час над Иеросалимом
2013: Вербное. Мы добежали
2012: ночь первого дня
2011: воспоминания Нафанаила


Всё по тэгу "Страстная"

christian

С началом Великого поста!

В стародавние времена (когда я училась на 1 курсе) слушала я ещё более стародавние записи лекций Андрея Кураева.
В одной из лекций отец дьякон цитировал святоотеческую литературу на тему того, для чего нужен пищевой пост и аскеза:
- Телу нужно дать понять, что оно тоже виновато.

И вот на этих-то словах мне сейчас и вспоминается разом вся книга Эриха Фромма "Бегство от свободы". Не было ничего удивительного и даже ничего настолько уж пагубного, что в стародавние времена люди, в силу своего, простите, исторического развития жили в терминах "вина, наказание, пристыдить, наградить". Но время-то идёт. Ребёнок, которого ставили в угол, вырастает и переходит на самообслуживание. И за каждый свой проступок добросовестно идёт искать угол самостоятельно. Ставит таймер, утыкается носом в обои, даёт телу понять, что оно тоже виновато, потом выходит... успокоенный?

У нас на Пасхальной слышится стонов больше, чем на Страстной. Ну показали мы что-то там бедному, и так истерзанному и убитому нашим ежедневным невниманием и пренебрежением телу. От этого может стать легче ребёнку. Его пристыдили и он дальше бегает себе, ему разрешили не нервничать. То есть, после Пасхи тело быстренько успокоится: его наказали, потом простили, покормили от пуза, и оно снова - туда же, куда и раньше. А что, потом накажут ещё и можно будет снова не нервничать.
Но человек такое странное существо, что он, понимаете, взрослеет. И дальше, по Фромму, есть два пути. Изобретение механизмов бегства от всё возрастающей свободы – или принятие и свободы, и ответственности, и, внезапно, одиночества.
Фромм говорит, что вовсе не ответственность так уж сильно страшит человека, а одиночество. Преодоление которого возможно в спонтанной активности и любви. Переводя на язык христианства, я получаю – в любви и радостном сотворчестве с Богом. Спонтанную активность Фромм определяет как деятельность, идущую из сердца, имеющую в основе своей порывы и потребности самого человека, а не навязанную извне кем бы то ни было.
Это страшно. Поначалу. Взрослеть вообще капец как страшно, знаете ли.
Но альтернатива только одна: попытки к бегству. Подчинение авторитетам, конформизм ("все так делают"). Они могут приглушить тревогу, ненадолго обезболить одиночество, но по сути своей любые механизмы бегства такой же грех, потому что уродуют человека, лишают его самости (то есть, того самого образа, которое, по-хорошему, нужно бы привести ещё и к подобию).
Возврат в беззаботное детство и дальше, в спокойную материнскую утробу, закрыт. Сорри. Мы, если верить Евангелию от Иоанна, дети Божии. Дети, а не рабы. Рабы так рабами и остаются. И всю жизнь живут по модели маленького ребёнка: хорошо себя ведёшь, делаешь, что говорят - тебя кормят, одевают, сколько-то ценят. Плохо себя ведёшь - наказывают.
С детьми так делают только до определённого возраста. И два тысячелетия – это довольный срок, чтобы уже дорасти хотя бы до подросткового возраста и перестать уже разговаривать про вину, тем более тела.
Для чего наказывают ребёнка? Чтобы он запомнил: есть человеческое устройство жизни. Есть социальные нормы, которые нужно соблюдать. Есть правила безопасности, выработанные в течение столетий, их тоже лучше соблюдать. Почему наказывать, а не объяснять логически? Потому что до 7 лет как минимум логические объяснения на детей не действуют. А вот наглядные - вполне. Вот почему ребёнка наказывают, а не устраивают лекции. Но наказывают - как?
Ребёнка не истязают, не лупят до крови, не морят до голодных обмороков. Если только родители психически здоровы, адекватны и являются счастливыми обладателями мозга. Так и тело, которое тоже - наш ребёнок, тот самый внутренний ребёнок, нуждается в объяснениях, уговорах и, в случае непонимания, грамотных наказаниях. Понятных именно вашему телу. Ну, вы слышите, да? Диалог с телом. Союз с телом. Взаимодействие с телом. С телом можно не только сражаться, бороться, воевать - с ним можно дружить, его можно понимать, им, простите, можно просто быть. Не только им, это понятно, но - не отдельно от него.

Аскеза, кстати, – это очень важная и глубокая практика. До неё нужно расти, расти и расти. Взрослеть, умнеть, мудреть, а только потом уже приступать к тому посту, который аскетический.
Много лет уже твердят, что пост в первую очередь затея духовная, а с едой аккуратнее. Все, как обычно, всё понимают по-своему. Я тоже. Поэтому я считаю, что если уж пост – время внимания к телу, то пусть это будет не внимание жестокого карателя, а внимание заботливого взрослого. Тело, кстати, мстительное - а вернее "кармическое", оно бумерангом вернёт всё, что мы ему причиняем. Кому-то раньше, кому-то позже.

Кстати, вы задумывались о том, что "это у меня психосоматика" звучит нормально, а "эта болезнь мне за грехи" – как-то стрёмно? А ведь это про одно и то же. Только психосоматика - это "болезни из-за дурацкого обращения с нервной системой", а "за грехи" понятие более широкое. Но тоже про дурацкое обращение с собой.

Так выпьем же чашку крепкого сладкого чаю за то, чтобы этот Великий пост научил нас быть бережными, внимательными к данному Богом телу – а ещё за радостное сотворчество и любовь.
Поста благоприятного, друзья мои.


какой-какой матери?

Всё наоборот

Это восхитительное я уже вывесила на стене в фейсбуке, над ним мы весело потешались с родителями, наконец, дошли руки и сюда выложить)
lessnaja, твоим вопросам про детёнку посвящается;)

"Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот. Буду ему с трех лет твердить: "Милый! Ты не обязан становиться инженером. Ты не должен быть юристом. Это неважно, кем ты станешь, когда вырастешь. Хочешь быть патологоанатомом? На здоровье! Футбольным комментатором? Пожалуйста! Клоуном в торговом центре? Отличный выбор!»

И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий клоун с подтеками грима на лице, и скажет: "Мама! Мне тридцать лет! Я клоун в торговом центре! Ты такую жизнь для меня хотела? Чем ты думала, мама, когда говорила мне, что высшее образование не обязательно? Чего ты хотела, мама, когда разрешала мне вместо математики играть с пацанами?"

А я скажу: "Милый, но я следовала за тобой во всем, я не хотела давить на тебя! Ты не любил математику, ты любил играть с младшими ребятами". А он скажет: "Я не знал, к чему это приведет, я был ребенком, я не мог ничего решать, а ты, ты, ты сломала мне жизнь" - и разотрет грязным рукавом помаду по лицу. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: "Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые ищут виноватых. И, если ты этого не понимаешь, значит, ты идиот".

Он скажет "ах" и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.

Или не так. Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот.

Буду ему с трех лет твердить: "Не будь идиотом, Владик, думай о будущем. Учи математику, Владик, если не хочешь всю жизнь быть оператором колл-центра".

И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий программист с глубокими морщинами на лице, и скажет: "Мама! Мне тридцать лет. Я работаю в «Гугл». Я впахиваю двадцать часов в сутки, мама. У меня нет семьи. Чем ты думала, мама, когда говорила, что хорошая работа сделает меня счастливым? Чего ты добивалась, мама, когда заставляла меня учить математику?"

А я скажу: "Дорогой, но я хотела, чтобы ты получил хорошее образование! Я хотела, чтобы у тебя были все возможности, дорогой". А он скажет: "А на хрена мне эти возможности, если я несчастен, мама? Я иду мимо клоунов в торговом центре и завидую им, мама. Они счастливы. Я мог бы быть на их месте, но ты, ты, ты сломала мне жизнь" - и потрет пальцами переносицу под очками. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: "Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время жалуются. И, если ты этого не понимаешь, значит, ты идиот".

Он скажет "ох" и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.

Или по-другому. Когда-нибудь у меня родится сын, и я сделаю все наоборот.

Буду ему с трех лет твердить: "Я тут не для того, чтобы что-то твердить. Я тут для того, чтобы тебя любить. Иди к папе, дорогой, спроси у него, я не хочу быть снова крайней".

И в свое тридцатилетие он придет ко мне, этот потный лысеющий режиссер со среднерусской тоской в глазах, и скажет: "Мама! Мне тридцать лет. Я уже тридцать лет пытаюсь добиться твоего внимания, мама. Я посвятил тебе десять фильмов и пять спектаклей. Я написал о тебе книгу, мама. Мне кажется, тебе все равно. Почему ты никогда не высказывала своего мнения? Зачем ты все время отсылала меня к папе?"

А я скажу: "Дорогой, но я не хотела ничего решать за тебя! Я просто любила тебя, дорогой, а для советов у нас есть папа". А он скажет: "А на хрена мне папины советы, если я спрашивал тебя, мама? Я всю жизнь добиваюсь твоего внимания, мама. Я помешан на тебе, мама. Я готов отдать все, лишь бы хоть раз, хоть раз понять, что ты думаешь обо мне. Своим молчанием, своей отстраненностью ты, ты, ты сломала мне жизнь" - и театрально закинет руку ко лбу. И тогда я встану, посмотрю на него внимательно и скажу: "Значит так. В мире есть два типа людей: одни живут, а вторые все время чего-то ждут. И, если ты этого не понимаешь, значит, ты идиот".

Он скажет "ах" и упадет в обморок. На психотерапию потребуется примерно пять лет.

Этот текст – хорошая профилактика нашего материнского перфекционизма – стремления быть идеальной мамой. Расслабьтесь! Как бы мы ни старались быть хорошими мамами, нашим детям все равно будет что рассказать своему психотерапевту".

Автор: Светлана Хмель


me_rror

Инфантилы, виктимы, агрессоры, заботливые. Вступительное.

Давным-давно обещала написать этот пост, но всё как-то руки не доходили.
Надо вам сказать, что никакой теории про виктимов, инфантилов, агрессоров и заботливых я не читала. Вполне вероятно, что она есть. Но я впервые узнала эти термины из комикса Мамору Чиба, впоследствии мне подробнее поведала об этих понятиях прекрасная Лора Московская, а всё остальное я почерпнула из жизни, просто наблюдая за известными мне типированными людьми.



Данные четыре понятия едва ли не лучше всего помогают при типировании. Если про интуицию, сенсорику, рациональность и другие основные критерии почти никогда нельзя сразу сказать с уверенностью, то эти характерные особенности почти сразу бросаются в глаза, их несколько сложнее перепутать.

Итак. Распределены они по квадрам следующим образом:

Collapse )
Но про инфантилов в следующем посте :)
christian

Вербное

Вот и закрутилась Страстная.
Вербное. В сутолоке, шуме, суете. Вербы, пальмы, храм. Много детей, много осанны.
И вербный букетик - букет милости. Я пришла в храм без кдиной веточки. Но очень хотелось. И вотю - в этом букетике веточки от трёх разных людей)))
Завтра на литургию. Такую особенную.
Как и вся грядущая неделя.